партнёры

Право суда, а не обязанность. О применении обеспечительных мер по спорам о детях на примерах судебной практики

Зачастую родитель, который физически находится с ребенком в период спора, чинит другому родителю препятствия в общении с ним или вовсе скрывает его место нахождения, руководствуясь личными мотивами, а не интересами ребенка. Несмотря на то что некоторые адвокаты оправдывают подобное поведение родителя его «усмотрением», т.е. принятием конкретных (ситуативных) решений в отношении ребенка в жизненной ситуации, связанной с осуществлением родительских прав[1], тем не менее следует признать, что какие бы формы и объяснения не имело злоупотребление родительскими правами, в любом случае оно представляет собой нарушение прав и законных интересов не только другого родителя, но и самого ребенка, находящегося в зависимом от него положении.

В то же время интересы ребенка на период нахождения дела в суде являются приоритетом, требующим в случае их нарушения принятия мер по их обеспечению. И хотя введенный[2] механизм защиты прав и законных интересов ребенка и добросовестного родителя в виде предоставления суду возможности по ходатайству родителей (одного из них) определять место жительство ребенка и (или) порядок осуществления родительских прав на период до вступления в законную силу судебного решения (ч. 3 ст. 65, ч. 2 ст. 66 СК РФ, ч. 6.1 ст. 152 СК РФ) в определенной степени благоприятно сказался на процессе рассмотрения дел данной категории, тем не менее при его использовании адвокатам следует учитывать некоторые особенности его реализации на практике.

 

Пробел в законе

Предоставление судам права применять обеспечительные меры в спорах родителей о детях только в предварительном судебном заседании не означает невозможность их применения на других стадиях рассмотрения дела в суде в соответствии со ст. 139 ГПК РФ. Исходя из опыта адвокатской деятельности автор знает случаи, когда вынесение подобного определения на стадии предварительного судебного заседания не требуется, однако в ходе рассмотрения спора обстоятельства меняются, родитель, с которым находится ребенок или которому удалось забрать его на период судебного процесса, начинает вести себя недобросовестно путем чинения препятствий в общении с ним другому родителю, сокрытии его места нахождения, затягивания процесса рассмотрения дела[3].

В подобной ситуации ограничение суда в праве выносить определение о принятии обеспечительных мер в спорах родителей о детях только стадией досудебной подготовки дела к разбирательству являлось явно неоправданным и практически неприемлемым, не учитывающим действительные потребности ребенка и добросовестного родителя и не обеспечивающим полную защиту их прав и законных интересов от любого рода злоупотреблений и нарушений со стороны другого участника спора, на что начали указывать сами суды[4]. Таким образом, на ч. 6.1. ст. 172 ГПК РФ в полной мере распространяются положения ст. 139 –146 ГПК РФ.

 

Заключение органа опеки и попечительства

Семейное законодательство говорит о том, что участие органа опеки и попечительства при вынесении судом определения является обязательным, в то время как ст. 152 ГПК РФ указывает еще и на необходимость предоставления ими «положительного заключения», в то же время, не уточняя, должно ли оно представляться в виде отдельного письменного документа или достаточно мнения, высказанного их представителем в суде с одновременным занесением его в протокол судебного заседания при рассмотрении соответствующего ходатайства стороны.

Так, в одном из Апелляционных определений Московский городской суд указал на допустимость вместо запроса специального письменного заключения трех органов опеки и попечительства заслушать мнение их представителей с отражением его в протоколе судебного разбирательства при вынесении определения о принятии обеспечительных мер судом, в связи с чем даже ненадлежащее оформление полномочий одного из них не является основанием для отмены определения суда[5].

На практике суды чаще всего по аналогии применяют положение ст. 78 СК РФ, указывающие на то, что любое заключение, которое орган опеки и попечительства представляет в суд, должно быть составлено в письменной форме, и поэтому откладывают рассмотрение дела, поручая им составить требуемое заключение на основании акта обследования жилищно-бытовых условий родителей для вынесения определения по заявленному ходатайству[6].

Таким образом, действующая редакция п. 6.1. ст. 152 ГПК РФ фактически вынуждает органы опеки и попечительства представлять два, а порой и больше (в случаях, если, например, в ходатайстве соединено требование об определении места жительства ребенка с требованием об определении порядка общения с ним) заключений по спору (по требованиям, содержащимся в самом иске, и по требованиям, содержащимся в ходатайстве о принятии обеспечительных мер)[7].

Так, Московский городской суд, отменяя Определение Никулинского районного суда об определении порядка общения с ребенком матери, проживающей от него отдельно, указал на незаконность его вынесения в связи с наличием в материалах дела заключения органов опеки и попечительства только по вопросу определения места жительства ребенка, а не порядка общения с ним, явившегося предметом ходатайства родителя[8].

 

Причины отказа в принятии обеспечительных мер

Вследствие отсутствия в законе указания на наличие у суда права в случае дачи органом опеки и попечительства отрицательного заключения, оценить его и мотивированно не согласиться с ним со ссылкой на иные доказательства по делу в вынесенном определении по аналогии с порядком вынесения решения по существу разрешаемого спора, связанного с воспитанием детей[9], суды при несогласии с мнением органов опеки и попечительства (даже положительным) просто отказывают в принятии обеспечительных мер по делу, аргументируя это тем, что их принятие – это право, а не обязанность суда[10].

В качестве иных наиболее часто встречающихся в адвокатской практике автора причин отказа в удовлетворении ходатайств о принятии обеспечительных мер можно выделить следующие:

1) отсутствие заключения органов опеки и попечительства[11];

2) отсутствие нарушения прав заявившего ходатайство родителя[12];

3) направленность ходатайства на фактические удовлетворение возникших спорных правоотношений сторон в целом[13].

Однако, с последним утверждением трудно согласиться, поскольку цель вынесения «временного» определения заключается в том, чтобы на время судебного разбирательства родители не были лишены возможности осуществлять свои родительские права. Это является мерой, направленной на защиту родительских прав, независимо от продолжительности судебного разбирательства. По завершении судебного разбирательства суд выносит окончательное решение, которое после вступления его в законную силу отменяет действие обеспечительных мер[14].

 

Подмена понятий

Отдельного внимания заслуживает такое основание как отсутствие соответствующих заявленных требований в исковом заявлении (например, требования о порядке общения с ребенком в споре об определении его места жительства или требования об определении места жительства ребенка с другим родителем[15]).

В то же время цель принятия обеспечительных мер заключается в том, чтобы на время судебного разбирательства родитель не был лишен возможности осуществлять свои родительские права, а решение суда было исполнимо после вступления в законную силу. Такой возможности родитель может быть лишен в период разрешения спора как о порядке общения с ребенком, так и об определении его места жительства, в котором определение временного порядка общения является мерой, направленной на защиту не только родительских прав, но и прав ребенка, поэтому не должно зависеть от предмета спора, если он затрагивает вопросы его воспитания.

Особый интерес представляет отказ Таганского районного суда г. Москвы в удовлетворении ходатайства об определении места жительства шестимесячной дочери по месту жительства матери до вступления в законную силу решения суда, на основании того, что временное определение места жительства ребенка на период спора возможно лишь в случаях, если известно его место жительства в принципе, а в момент рассмотрения указанного ходатайства малолетняя с матерью не проживала, по имевшейся информации находилась в неустановленном месте с отцом[16].

Таким образом, заявленное родителем ходатайство не было удовлетворено судом не потому, что в момент его рассмотрения он не смог определить «фактическое место жительства» ребенка согласно требованиям п. 6.1 ст. 152 ГПК РФ, так как оно было известно суду, а потому, что суду не было известно именно «фактическое место нахождения» ребенка, в то время как сам закон не разъясняет, что делать в случае, когда место, куда родитель увез ребенка в момент возникновения спора о его месте жительства или в период его рассмотрения, неизвестно. В результате произошла подмена понятий «фактического места жительства» ребенка на его «фактическое место нахождения», что является недопустимым.

Представляется, что под фактическим местом жительства ребенка с учетом положений ст. 20 ГК РФ и положений постановления Правительства РФ от 17 июля 1995 г. № 713[17] следует понимать место, где ребенок всегда проживал или проживает с одним из родителей (т.е. привычное место его проживания), независимо от места жительства второго родителя, или место, где он зарегистрирован на постоянное или временное место жительства, независимо от того, куда его увез родитель в момент возникновения спора или в период его рассмотрения и независимо от того, известно это место суду, органам опеки и попечительства, другому родителю. В этом случае тот факт, что «ребенок находится в неустановленном месте с ответчиком», свидетельствует лишь о том, что у ребенка не имеется иного места жительства, кроме установленного с матерью, так как неустановленное место пребывания родителя не может быть определено в качестве места жительства ребенка как соответствующее его интересам и не может быть признано направленным на достижение целей обеспечительных мер.

 

***

Таким образом, для удовлетворения требования родителя о принятии обеспечительных мер адвокату необходимо обеспечить соблюдение следующих условий:

1) наличие обстоятельств, свидетельствующих, что изменение фактического места жительства ребенка на период до вступления в законную силу соответствующего судебного решения противоречит интересам ребенка[18];

2) участие органов опеки и попечительства в заседании (не обязательно предварительном) для дачи заключения, причем положительного[19];

3) учет мнения ребенка (в порядке ст. 57 СК РФ);

4) учет обстоятельств, перечисленных в абз. 2 п. 3 ст. 65 СК РФ;

5) указания на возможность последующего пересмотра установленного места жительства или графика общения[20];

6) существование угрозы неисполнения решения суда в случае непринятия обеспечительных мер[21];

7) относимость к предмету спора[22];

8) отсутствие нарушений прав родителя или ребенка вынесенным определением суда[23];

9) наличие у родителя жилого помещения для совместного проживания с ребенком, в отношении которого он имеет основанные на законе права пользования (проживания)[24].

 

[1] Громоздина М. В. Осуществление родительских прав при раздельном проживании родителей по законодательству Российской Федерации.

[2] Федеральный закон от 04.05.2011 № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // РГ. 2011. 6 мая.

[3] См. напр. материалы гражданского дела № 2-335/2011 (2-5287/2010), рассмотренного Хорошевским районным судом г. Москвы 19.01.2011 // Архив Хорошевского районного суда г. Москвы.

[4] Апелляционное определение Московского городского суда от 6 ноября 2014 по делу № 33-43558 // СПС «КонсультантПлюс».

[5] Там же.

[6] Решение Кунцевского районного суда г. Москвы от 11 октября 2012 г. по гражданскому делу № 2-3166-12 // Архив Кунцевского районного суда г. Москвы.

[7] Определение Перовского районного суда г. Москвы от 15 сентября 2016 г. по гражданскому делу № 02-8285/2016 // Архив Перовского районного суда г. Москвы.

[8] Апелляционное определение Московского городского суда от 14 марта 2016 г. по делу № 33-8689 // Архив Никулинского районного суда г. Москвы.

[9] См. напр. Постановление Президиума Санкт-Петербургского городского суда от 14 мая 2008 г. № 44г-170/08 // Архив Санкт-Петербургского городского суда.

[10]Определение Тушинского районного суда г. Москвы от 6 октября 2015 г. по делу № 2-4986/15 // Архив Тушинского районного суда г. Москвы.

[11] Определения Бабушкинского районного суда г. Москвы от 13 июля 2015 г. по делу № 2-2796 /2015 // Архив Бабушкинского районного суда г. Москвы; апелляционное определение Московского городского суда от 14 июля 2015 г. по делу № 33-24448 // СПС «КонсультантПлюс».

[12] Апелляционное определение Московского городского суда от 14 марта 2016 г. по делу № 33-8689 // Архив Никулинского районного суда г. Москвы.

[13] Определения Бабушкинского районного суда г. Москвы от 9 ноября 2015 г. по делу № 2-2796 /2015 // Архив Бабушкинского районного суда г. Москвы; апелляционное определение Московского областного суда от 11 августа 2014 г. по делу № 33-17304/2014 // СПС «КонсультантПлюс».

[14] Постановление Президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного суда РФ // БВС РФ. 2016. № 2.

[15] Определение Никулинского районного суда г. Москвы от 28 апреля 2016 г. по делу № 2-317/16 //Архив Никулинского районного суда г. Москвы.

[16] Определение Таганского районного суда г. Москвы от 23 марта 2015 г. по делу № 2-1164/2015, Определением Московского городского суда от 26 мая 2015 г. по делу № 33-17711/2015 // Архив Таганского районного суда г. Москвы.

[17] Постановление Правительства РФ от 17 июля 1995 г. № 713 «Об утверждении Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации и перечня лиц, ответственных за прием и передачу в органы регистрационного учета документов для регистрации и снятия с регистрационного учета граждан Российской Федерации по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации» // СЗ РФ. 1995. Ст. 2939.

[18] Определение Тушинского районного суда г. Москвы от 6 октября 2015 г. по делу № 2- 4986/15 // Архив Тушинского районного суда г. Москвы; Определение Бабушкинского районного суда г. Москвы от 18 мая 2015 г. по делу № 2-2796/2015 // Архив Бабушкинского районного суда г. Москвы; Определение Никулинского районного суда г. Москвы от 3 декабря 2015 г. по делу № 2-8601/15 //Архив Никулинского районного суда г. Москвы.

[19] Определения Бабушкинского районного суда г. Москвы от 18 мая 2015 г. по делу № 2-2796 /2015 // Архив Бабушкинского районного суда г. Москвы.

[20] Определение Тушинского районного суда г. Москвы от 3 декабря 2015 г. по делу № 2-4986/15 // Архив Тушинского районного суда г. Москвы.

[21] Апелляционное определение Московского городского суда от 14 марта 2016 г. по делу № 33-8688 // Архив Никулинского районного суда г. Москвы.

[22] Определение Никулинского районного суда г. Москвы от 21 декабря 2015 г. по гражданскому делу № 2-8601/15 //Архив Никулинского районного суда г. Москвы;

[23] Определение Верховного суда РФ от 28 апреля 2015 г. № 2-КГ15-4 // СПС «КонсультантПлюс».

[24] Определение Видновского городского суда Московской области от 8 апреля 2016 г. по делу № 2-1127/2016 // Архив Видновского городского суда Московской области.

Адвокат Виктория Дергунова © 2020 / Все права защищены.