партнёры

Тезисы доклада

20 сентября 2018 г. в НИУ-ВШЭ (г. Санкт-Петербург) прошла научно-практическая конференция «Споры о детях: актуальные проблемы и правоприменительная практика», на которой я подняла проблему неисполнения решений судов по делам о воспитании детей как основания для ограничения родительских прав.

При определении места жительства ребенка, суд исходит из интересов ребенка, учитывает его возраст и привязанность к каждому из родителей, а также их возможности создания условий для воспитания и развития ребенка.

Согласно п. 1 ст. 65 Семейного кодекса РФ родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

Не исполняя решение суда, родитель в первую очередь нарушает права ребенка, лишает его эмоционального и духовного общения с другим родителем, возможности постоянного проживания в определенном месте, что является опасным для малолетнего и может оказать негативное влияние на его психологическое состояние, выраженное в отсутствие восприятия второго родителя как члена семьи и памяти о нем.

Не желание и отсутствие намерения исполнять вступившее в силу решение суда говорит о злоупотреблении своими родительскими правами вопреки интересам ребенка, препятствовании на протяжении длительного времени его общению с другим родителем.

Размер и форма ответственности за неисполнение соответствующих решений судов, установленные в ч. 2 ст. 5.35 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях[1] являются явно недостаточными и несоразмерными последствиям негативного влияния недобросовестного поведения родителя на ребенка, для которого штраф не является серьезным наказанием, стимулирующим его к добросовестному исполнению своих родительских прав и обязанностей.

Такому недобросовестному поведению родителей способствует, в том числе, отсутствие эффективных механизмов принудительного исполнения вынесенных решений судов по спорам о детях, в то время как бездействие компетентных органов приводит к необратимым нарушениям прав и законных интересов детей и способствует безответственному и безнаказанному поведению родителей, не исполняющих судебные решения об определении места жительства детей или порядка общения с ними. Согласно данным ФССП России, количество находящихся на исполнении судебных решений, связанных с воспитанием детей (об отобрании ребенка, о возвращении ребенка, об определении его места жительства и порядка общения с ним, об осуществлении в отношении ребенка прав доступа, о розыске ребенка), растет с каждым годом[2] (см. таблицу ниже).

Наименование показателя 2014 г. 2015 г. 2016 г. 2017 г.
 Всего находилось на исполнении исполнительных производств в отчетном периоде Об отобрании детей Об определении места жительства детей Об определении порядка общения с детьми Об отобрании детей Об определении места жительства детей Об определении порядка общения с детьми Об отобрании детей Об определении места жительства детей Об определении порядка общения с детьми Об отобрании детей Об определении места жительства детей Об определении порядка общения с детьми
Количество ИП, находившихся на исполнении 1 046 419 5 365 840 613 8633 862 648 8896 816 658 9537
Количество возбужденных ИП 709 385 4 065 564 424 4 672 709 435 5 019 671 427 5 472
Всего окончено и прекращено ИП 734 214 1 613 680 370 4 720 712 371 4 837 642 383 5 087
В том числе: окончено, прекращено факти-ческим испол-нением 634 146 726 560 239 2 962 639 249 3 261 571 248 3 640
добро-вольным испол-нением 605 140 675 519 193 2 612 351 69 92 324 63 135

 

Судебная практика[3] последних лет свидетельствует о новой тенденции в борьбе за исполнение вынесенного решения суда по исследуемым категориям дел, когда, родитель, с которым определено место жительство ребенка, в связи с отказом другого родителя исполнить вынесенное решение суда и передать ребенка ему на воспитание, обращается в суд с иском о лишении или об ограничении его родительских прав для достижения ранее поставленной цели – совместного проживания с ребенком. Эта тенденция также характерна и для принуждения исполнения судебных актов о порядке общения с детьми.

Анализ судебной практики по рассмотрению соответствующих дел позволяет сделать вывод о том, что для применения судом положений п. 2 ст. 73 Семейного кодекса РФ в таких случаях, следует доказать, что злостное неисполнение ранее вынесенного решения суда о порядке общения с ребенком или месте его жительства, свидетельствует, во-первых, об умышленной форме вины недобросовестного родителя, во-вторых, о поведении и действии родителя в противоречии с интересами ребенка, определенными вступившим в законную силу решением суда, вынесенным исходя из них, а в-третьих, наносит вред его здоровью, то есть является опасным для ребенка, и представляет собой ничто иное, как злоупотребление родительскими правами и даже запрещенное законом психологическое насилие над ним.

Следует особо подчеркнуть, что для рассмотрения института ограничения родительских прав как меры ответственности родителя за неисполнение решения суда о воспитании ребенка, чинение препятствий одним родителем другому в общении с ребенком должно быть выражено в фактически полной его изоляции из жизни ребенка против воли ребенка и самого родителя в нарушение ст.ст. 54, 55 Семейного кодекса РФ; сокрытие места нахождения ребенка одним из родителей должно происходить не только от второго родителя, но и от представителей органов государственной власти и (или) выражаться в фактическом лишении его постоянного места жительства. В связи с этим его поведение можно рассматривать как опасное для ребенка с диспозиции ст. 73 Семейного кодекса РФ, которое при дальнейшем его разлучении с другим родителем вопреки установленным судом интересам ребенка при принятии решения по спору о его воспитании может оказать негативное влияние на его дальнейшее психологическое состояние.

Признавая легитимность применения института ограничения родительских прав как меры ответственности родителя за неисполнение решения суда о воспитании ребенка, в целях исключения споров о законности применения п. 2 ст. 73 Семейного кодекса РФ и подобного его расширительного толкования в судебной практике, автор считает, что необходимо закрепление возможности ограничения родительских прав в случаях злостного неисполнения вынесенных и вступивших в силу решений судов об определении места жительства детей и порядка общения с ними на уровне высшей судебной инстанции в обзоре практики разрешения судами споров о воспитании детей или ином соответствующем постановлении. В качестве альтернативного предложения также представляется возможным дополнение п. 2 ст. 73 Семейного кодекса РФ абзацем следующего содержания: «Ограничение родительских прав также допускается, в случае нарушения родителем ребенка прав и интересов ребенка, выразившегося в лишении его права на общение с другим родителем, если такое общение не противоречит интересам ребенка, в намеренном сокрытии места нахождения ребенка, в неисполнении судебного решения об определении места жительства ребенка, в неисполнении судебного решения о порядке осуществления родительских прав либо в ином воспрепятствовании осуществлению другому родителю прав на воспитание и образование ребенка и на защиту его прав и интересов». Предложенная законопроектом редакция абз. 3 ст. 73 Семейного кодекса РФ будет соответствовать диспозиции ч. 2 ст. 5.35 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, что немаловажно для доказывания наличия оснований для ограничения родительских прав в рассматриваемых случаях.

[1]Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ (ред. от 12.03.2014) // РГ. 2001. 31 дек.

[2]Ведомственная статистическая отчетность ФССП // Официальный сайт Федеральной службы судебных приставов. URL: http://fssprus.ru/statistics

[3]Гражданское дело № 2-942/12 // Архив Головинского районного суда г. Москвы; гражданское дело № 2-5420/2014 // Архив Чертановского районного суда г. Москвы; гражданское дело № 02-6137/2016 // Никулинский районный суд г. Москвы; гражданское дело № 02-7499/2016//Гагаринский районный суд г. Москвы; решение Белгородского районного суда Белгородской области по № 2-275/2016 от 30.03.2016; Апелляционное определение Белгородского областного суда по делу № 33-3180/2016 от 05.07.2016 // Архив Белгородского областного суда; Постановление ЕСПЧ от 24.10.2013 по делу Пахомова против Российской Федерации (жалоба № 22935/11). URL: hudoc.echr.coe.int.

Адвокат Виктория Дергунова © 2021 / Все права защищены.